Юрий Любимов весь в своем горе

Знаменитый режиссер — «МК»: Грибоедова надо ставить со смаком"

Московский Комсомолец

В Театре на Таганке только и делают, что разбираются с горем. А этого «добра» в России, как известно, хватает. Но главное наше горе — от ума. Вот Юрий Любимов, которому в октябре стукнет 90, репетирует по 9 часов в день. От большого ли ума? Премьера знаменитой комедии Грибоедова назначена на сентябрь, но уже сегодня на Таганке состоится первый общественный просмотр. На последних репетициях побывал обозреватель «МК» и стал свидетелем таганских фантомов, тайн и любимовского радикализма.

В полутемном зале почти никого. Только по центру, на своем привычном месте (9-й ряд, 13-е место), за столиком сидит Любимов — седой «лев» в жилете цвета пьяной вишни. На столике резкий свет лампочки освещает белые листы с текстом пьесы, и по количеству зачеркнутого-перечеркнутого понятно, что Юрий Петрович почикал ее изрядно.
Впрочем, сам Любимов в пьесу почти не заглядывает, а негромко шпарит грибоедовский текст наизусть за всех персонажей. В данном случае за Чацкого, на скорости влетевшего на сцену из-за белой кулисы.
Чуть свет — уж на ногах! И я у ваших ног.
Ну поцелуйте же, не ждали? говорите!
Что ж, рады? Нет? В лицо мне посмотрите.

СПРАВКА «МК»
С 1823 г. Грибоедов читает отрывки из пьесы «Горе от ума». В 1825 г. — опубликовывает фрагмент, в 1831 г. — первая публикация целиком, в Ревеле — на немецком языке. В 1833 г. впервые публикуется на русском языке, с купюрами.

1. Черный цилиндр летит в сторону. Сегодня Чацкого «пробует» Юрий Гагарин, то есть артист Дима Муляр, сыгравший космического героя два года назад в фильме «Космос как предчувствие». Хотя накануне репетировал Тимур Бадалбейли. Но роль Чацкого дается ему не легче, чем полет первого космонавта Земли. Во всяком случае, «главный конструктор» Таганки явно недоволен:
 — Дима, ну что ты пионеришь? Пионерский задор какой-то, тьфу ты - и тут же мягко: «чуть свет (пауза) и я у ваших ног (пауза)». А голос у этого 90-летнего господина красивый и вкрадчиво-опасный.
И так битых два часа до перерыва Любимов будет синхронить текст и за служанку Лизу, и за Софью, в которую влюблен Чацкий, вернувшийся в столицу из-за границы, полный продвинутых идей. И что же?
А этот, как его, он турок или грек?
Тот черномазенький, на ножках журавлиных,
Не знаю, как его зовут,
Куда ни сунься: тут как тут.
Черномазенький, как черт из табакерки, показывается из-за зонтика, установленного на сцене в виде суфлерской будки.
Кстати, Софья (Елизавета Левашова) очень недурна собой и смешно одета: сверху желтый короткий свитер, снизу — прозрачный белый кринолин. Не Софья, а клоунесса какая-то. Но, судя по тому, какие коленца выбрасывает, то вовсе никакая она не клоунесса, а балерина. Вращения и па время от времени делают и другие персонажи женского пола. Балет режет прелюбопытный диалог, и совсем не по Грибоедову:
Любимов: — Ты с Софьей не спишь. Понял? Это Молчалин с ней спит. 
Софья (артистка Левашова): — Да не спит он, Юрий Петрович?
Так режиссер Любимов разбирает взаимоотношения в треугольнике Чацкий-Софья-Молчалин. А вот его пассаж относительно дыма Отечества, что «сладок и приятен».
 — Это, между прочим, интересное явление. Я когда вернулся в Москву (Любимова советская власть лишила гражданства в 1983 году. — М. Р. ), меня все время спрашивали: «Ностальгия была?» И очень обижались, когда я отвечал: «Нет, не было». «Как так?» — «Да работы много было».
И вдруг — как запечалится виолончель! Как разом задвигаются белые полотна, что до этой минуты преспокойненько висели по всей сцене в количестве 22 штук! От этого движения образовались проходы и коридоры, а по ним двинулись дамы в кринолинах.

2. Входит Фамусов — в темно-красном халате поверх белой рубахи — актер старой гвардии Таганки Феликс Антипов. Костюмы еще в не полном составе прибыли из мастерских. Но говорят, что Рустам Хамдамов сделал удивительные эскизы и многие из костюмов расшивают вручную.
Здорово, друг, здорово, брат, здорово!
Рассказывай, чай, у тебя готово
Собранье важное вестей?
 — Стоп, — командует Любимов и объясняет, что «Горе» со смаком надо играть. — Написана же разностопным рифмованным ямбом с остроумными диалогами. Там чудесные переливы. Все эти точки, запятые. Паузы и цезуры. Це-зу-ры! — нараспев с любовью произносит он.
Этим словом на букву «ц» Юрий Петрович пугает артистов на протяжении всей репетиции. А ведь цезура — вещь безобидная и, согласно поэтической науке, придает особый ритм стиху.
В зале мелькает женщина, похожая на балерину Илзе Лиепу. Нет, думаю, фантом — ну что солистке Большого театра на Таганке делать?
А Фамусов уже не говорит, он распевает свой текст упругим речитативом на манер итальянской комической оперы.

ИЗ ДОСЬЕ «МК»
Самая первая и единственная при жизни Грибоедова постановка бессмертной комедии силами любительской труппы состоялась в октябре 1827 года на месте не существующей сегодня Эриванской крепости. Об этом свидетельствует памятная надпись на стене Винных подвалов Ереванского винно-водочно-коньячного завода «Арарат», построенного на месте разрушенной крепости. Первую же профессиональную постановку дали в Малом театре в 1831 году. В роли Чацкого — Павел Мочалов.

Любимов не был бы Любимовым, если бы программное произведение классики не поставил с ног на голову и не скрестил бы, как пытливый мичуринец, одно с другим. Вот у него драма смонтирована с оперой, опера — с балетом, а классика с попсой.

3. Перерыв. Самое время выпить чайку, но Любимов из зала не уходит. 
 — Юрий Петрович, пьеса Грибоедова всегда актуальна для России. И я удивляюсь, почему только теперь вы за нее взялись. Что-то случилось?
 — Да ничего не случилось, просто многие годы артисты мне говорили: «Что вы, Юрий Петрович, всё композиции делаете? Пьеску бы какую взяли». Вот я и взял.
 — Название, я надеюсь, не поменяли?
 — У Грибоедова — три названия: «Горе от ума», «Горе уму» и «Горе ума».
 — А у вас-то как на афише будет?
 — А у меня все три. Ну и свободные фантазии как всегда — на тему. Но все по пьесе, хотя пьеска-то старомодная и рыхлая. Я ее сократил. Добавлены только две песни Дениса Давыдова, героя войны 1812 года.
 — Но, как я вижу, новых персонажей ввели, например, суфлера — у Грибоедова его нет. А у вас этот тип все время торчит на сцене за зонтиком.
 — Суфлер, дамы, которые периодически появляются, — все они видения, как перекличка с современностью. А иначе зачем ставить? Музеи зачем выставлять? Императорские театры ставили «Горе от ума». Вот Николай I посмотрел «Горе» в Москве, и оно ему понравилось. Но уже к этому времени автор был убит и растерзан.

ИЗ ДОСЬЕ «МК»
Александр Грибоедов прожил всего 34 года. За это время успел закончить три факультета Московского университета (словесный, юридический и математический), послужить в кавалерии, написать несколько пьес, возглавить русскую дипломатическую миссию в Персии, куда в 1829 году ворвались мусульмане-фанатики и жестоко убили Грибоедова. На его гробнице в храме Святого Давида в Грузии его жена Нина Чавчавадзе написала: «Ум и дела твои бессмертны в памяти русской, но для чего пережила тебя любовь моя?» В 2007 году в парламенте Грузии обсуждался вопрос о выносе останков Грибоедова из пантеона храма.

4. Но вот перерыв окончен. Вжарили марш. По белым полотнам забегали пугающе-огромные силуэты, а по второму коридору двинул высоченный тип. Идет, как часовой у Мавзолея Ленина. Голос за кадром:
 — Полковник Скалозуб. Прикажете принять?
Входит полковник — бас, богатый сексуальными обертонами. С таким голосом на клиросе хорошо петь. Скалозуб (Иван Рыжиков) развалился в кресле и басит что-то про матушку-Россию.
Софья растягивается в шпагате — так выражается женское горе: возлюбленный Молчалин грохнулся с лошади. Так всегда: у женщин горе от мужчин, а у мужчин — от ума. Вот у Любимова явно проблемы с умным подходом? к себе. Лучше бы заглянул в паспорт, обнаружил бы там дату рождения, 1917-й, и с умом бы подошел к режиму дня. Куда там — просиживает в зале по 9-10 часов. И откуда только силы берет? Может, в фитнесе качается? Или медитирует, как тибетский мудрец?
 — Нет, никакого фитнеса, — объясняет Каталина Любимова, время от времени заглядывающая в зал. — Правда, каждый день Юрий по полчаса делает зарядку. И так 70 лет. Не курит. Не пьет.
Тут позвольте не поверить — иногда Ю. П. , когда супруга не видит, позволяет себе рюмочку-другую. Пошел уже пятый час репетиции. Артисты много моложе его выдохлись, а Юрий Петрович — как огурец, только все больше распаляется. Я же наблюдаю массу неожиданностей.
Неожиданность первая — в «Горе от ума»-2007 действительно будет танцевать солистка Большого театра Илзе Лиепа. Значит, «девочка была, а не виденье». Сейчас Илзе разминается в фойе перед вечерним прогоном. У нее роль даже со словами, и, по утверждению Юрия Петровича, она их отлично произносит. 
Есть и еще одна приглашенная в «Горе» — Нина Дробышева из театра им. Моссовета. Будет играть старушку Хлестову. «Варяги» на Таганке — не просто неожиданность, а первый случай за всю историю театра!
Неожиданность № 3 — музыкальная. В какой-то момент, а именно на явлении полковника, мне почудилось, будто в музыку Стравинского, как диверсант, вполз Газманов. Но поскольку музфраза оборвалась так же внезапно, как и возникла, я так и не поняла — глюк это (не путать с композитором) или радикальный прием? Впрочем, от Юрия Петровича, который и не такие монтажи закручивал, всего можно ожидать. Как он мне объяснил, в «Горе» ожидается музыкальный коктейль из Стравинского, вальсов Шопена и самого Грибоедова, постоянного своего соавтора — Владимира Мартынова, а также представителей шоу-бизнеса. Последних на высококультурную Таганку допустили тоже впервые.

5. Все-таки «Горе от ума» — вещь преопасная. И для властей (недаром ее царская цензура запрещала, и пьеса по Москве ходила в списках). И для режиссеров, за «Горе» берущихся. А берутся многие: только в этом сезоне одна постановка в Москве, одна — в Париже. Но у большинства художников с «Горем» проблемы — грибоедовский текст блистателен и актуален, а Чацкий все нудным резонером выходит. Вот что смущает.
Пока на сцене делают перестановку, спрашиваю Юрия Петровича:
 — В большинстве постановок Чацкий, который всех обличает, одинаково скучен. А у вас он кто? Может, сам Грибоедов?
 — И Грибоедов тоже. Чацкий — умный человек, ироничный, очень чутко разбирающийся в данном моменте жизни своей родины. И горько говорящий: «Что мы все обезьяним? Уж лучше у китайцев что-то перехватить — все-таки древняя нация».
Кстати, кто на первом прогоне выйдет Чацким — Любимов держит в секрете. Репетируют одновременно три артиста — Муляр, Бадалбейли и Миркурбанов. Сам он, между прочим, обещал один раз сыграть Фамусова, но и здесь темнит — мол, не знаю, буду ли играть. И объясняет:
 — Премьера в сентябре, а я в таком возрасте, что не хочу загадывать.
 — Но в своем возрасте вы делаете спектакли все короче и короче. Каков будет хронометраж «Горя»?
 — Увидите — спектакль идет 1.40. «Фауст» у меня идет 1.35, а здесь, благодаря тому, что все-таки русский шедевр, я 5 минут накинул. Видите, как у нас в театре поднята тема патриотизма.

Марина Райкина, 15.05.2007





© 2004—2013 Театр на Таганке
taganka@theatre.ru
Редактор сайта Анна Карасева
Rambler's Top100